Реорганизация 2-го МГУ
13 декабря 1929 г. в “Комсомольской Правде” появляется открытое письмо от ячейки ВЛКСМ и “легкой кавалерии” Химфака 2 МГУ, в котором описывается положение Факультета и которое заканчивается следующей фразой: ”Мы ставим вопрос о выделении нашего Факультета в самостоятельный ВТУЗ, ибо наличие в Университете Педагогического и Медицинского Факультетов тормозит все наши мероприятия”. В то же время, 14 декабря 1929 года, ректор 2 МГУ (Пинкевич), пишет официальную записку на имя Завед. Главпрофобром (Вышинского) с копией Наркому Просвещения (Бубнову) и Завед. Главнаукой, в которой предлагает, в целях “уничтожения параллелизма и внесения большей стройности как в обычную структуру ВУЗов РСФСР, так и в каждой из них пронести: 1) Объединение двух Медицинских Факультетов в один Московский Медицинский Институт, 2) Объединение Педагогического Факультета 2 МГУ, Института им. Либкнехта и Академии Коммунистического воспитания в Московский Педагогический институт, 3) Объединение Химического Факультета 2 МГУ с аналогичными Факультетами 1-го Московского Университета, Плехановского Института и т.д. в один Московский Химический институт”. Эта идея не была осуществлена, но она вскоре возродилась и привела к созданию Единого Московского Химико-Технологического Института (ЕМХТИ).
18.04.1930. был издан приказ по Наркомпросу (№234), “В соответствии с постановлением Правительства Союза о реформе высшего и среднего профтехнического образования 2 МГУ реорганизовать:
1. Из Медфака - организовать самостоятельный Медицинский институт с передачей в ведение Наркомздрава РСФСР.
2. Из Химфака - организовать самостоятельный Химико-технологический институт, с передачей в ведение Всехимпрома ВСНХ СССР.
3. Из Педфака - организовать самостоятельный Педагогический институту, с оставлением в ведении Наркомпроса РСФСР.
Для проведения означенных мероприятий Главпрофобру создать Ликвидационно-организационную комиссию с соответствующими заинтересованными ведомствами, учреждениями и общественными организациями.
Срок окончания работ - не позднее 25 апреля 1930 года”.
Но уже 16 апреля 1930 года назначенный председателем Ликвидационной комиссии ректор 2 МГУ распоряжением по Университету (№ 101) сообщает о постановлении Правительства об организации из 2 МГУ самостоятельных институтов, организации Ликвидационно-организационной комиссии и ее составе: председатель - А. П. Пинкевич, заместитель - А. Л. Шляхман, декан Медфака - Е. И. Цукерштейн, декан Педфака - Л. И. Пономарев, и. о. декана Химфака - М. И. Прозин, представители: НКПроса, ВСНХ, НКЗдрава, Всехимпрома, Ц. Б. Секции научных работников и Ц. Б. Пролетстуда. Этим же распоряжением, ввиду образования самостоятельных институтов, впредь до назначения постоянных директоров, исполнять обязанности директоров было поручено: Медицинского - Е. И. Цукерщтейну, Педагогического - Л. И. Пономареву и Химического - М. И. Прозину, была упразднена Ц. Комиссия по проведению смотра профессорско-преподавательского состава и само проведение смотра прекращено.
28.03.1930. Управление делами СНК СССР и СТО было созвано предварительное совещание по вопросу о реформе университетов. На этом совещании по вопросу о материальной базе было вынесено принципиальное решение: так как Химический Институт выделяется из 1 МГУ, но последний остается существовать, то здание, занимаемое Химическим Институтом остается за 1 МГУ, а Институту предоставляется право на определенное время, на договорных началах с 1 МГУ, оставаться в этом здании, - в противоположность этому, так как 2 МГУ разделяется на три самостоятельных института и как таковой, как Университет, перестает существовать, то все три института, образуемые из 2 МГУ должны быть обеспечены собственными зданиями из фонда 2 МГУ.
Такова была ясная и определенная интерпретация, в приложении к конкретному случаю, общего постановления ЦИКа и СНК СССР от 9.08.30. о реорганизации ВУЗов, где в п. 12 указано, что “при выделении отдельных факультетов... одновременно передаются, в соответствующей части, кредиты, помещения, библиотеки, лаборатории, инвентарь и общежития. Если лаборатории, библиотеки, инвентарь, помещения и т.п. до реорганизации соответствующих учебных заведений обслуживали одновременно, как выделенные, так и остающиеся в составе факультеты, то дальнейшее их использование происходит на основе соглашений, заключаемых соответствующими организациями. Возникновение при передаче материальной базы ВУЗов, факультетов и отделений разногласия разрешаются по соглашению руководителей соответствующих ведомств.
Однако, Наркомпрос, а за ним и Ликвидационная Комиссия в своем первом заседании 18.04.30. становится на другую точку зрения: хотя 2 МГУ перестает существовать, из трех его факультетов организуется три самостоятельных института, передаваемые трем разным ведомствам, но... так как один из этих институтов остается в ведении Наркомпроса, то, следовательно, 2 МГУ реорганизуется в Пединститут, а остальные факультеты из него выделяются и все здания должны остаться за Пединститутом, НКЗдраву (Медицинскому институту) передаются анатомический институт, поликлиника, аптеки, т.е. учреждения, с которыми Пединституту нечего было делать и оправдать их оставление за Пединститутом никак нельзя. По отношению к физико-химическому корпусу голоса разделились и было решено передать вопрос на разрешение высших инстанций. После протестов Химинститута, Всехимпрома, вмешательства Правительственной Комиссии РКИ, Ликвидационная Комиссия изменяет свою точку зрения разделения ГМТУ (комиссия Воронова), перераспределяет помещения и в заседании 26 закрепляет здание физико-химического корпуса за Химинститутом. 25.06 состоялась передача зданий и 30.06 Ликвидационная Комиссия утверждает акты передачи-приемки зданий по Пединституту, Мединституту и Химинституту, несмотря на протесты представителя Наркомпроса, настаивавшего на прежней точке зрения НКПроса. 20.08 Наркомпрос уведомляет директора Пединститута, что им не утверждается пункт о передаче зданий Хим. и Мединтитутам, забывая о то, что он не “хозяин”, а “сторона” в этом деле и несмотря на то, что Замнаркомом, Энштейн, ознакомившись с протоколом считал, что вопрос о зданиях можно считать решенным согласно протокола и лишь после нового протеста Всехимпрома в “тройку” под председательством Ежова по наблюдению за ходом реорганизации ВТУЗов, техникумов и Рабфаков здание Физико-химического корпуса остается за Химинститутом. Общежития были распределены неравномерно. Пединститут и Мединститут получили общежития более близкие, Химический институт наиболее удаленные от учебных зданий, в общежитиях первых двух институтов были организованы столовые, в общежитиях Химинститута их не было, кроме того, из двух общежитий, полученных Химинститутом одно (в Денежном пер.) требовало капитального ремонта, другое (в Староконюшенном) было в значительной мере заселено не студентами (профессорами, преподавателями, частными жильцами), наконец, по обеспеченности местами: Педагогический институт получал общежития на 1767 мест, Мединститут - на 740, и Химинститут - на 340, проживало в общежитиях 2 МГУ (до разделения) студентов Педфака - 1353, Медфака - 691, и Химфака - 334. Несмотря на все усилия Химинститута изменить положение это ему не удалось.
Организация Единого Химико-Технологического Института (ЕМХТИ)
Еще в мае 1930 года состоялось постановление Правительственной Комиссии, ВСНХ и Всехимпрома об организации ЕМХТИ на базе существующих отдельных химико-технологических институтов МХТИ им. Менделеева и ВХТУ, а также химфаков быв. 1 и 2 МГУ, но оформлена была организация этого единого Института лишь 20 сентября 1930 года приказом № 262 по Всехимпрому. Временное положение об ЕМХТИ было утверждено Председателем Правления Всехимпрома 27 октября 1930 года. По этому положению ЕМХТИ являлся отраслевым ВТУЗом, подчиненным Всехимпрому, входящие в его состав прежние самостоятельные институты, оставались на своих прежних территориях в качестве филиалов ЕМХТИ, руководство ими осуществлялось заведующими филиалами, которые одновременно являлись помощниками директора ЕМХТИ, который имел двух заместителей - по учебной части и по административно-хозяйственной части.
Институт им. Менделеева получил название филиал № 1, ВХТУ - филиал № 2, Химинститут (б. 2 МГУ) - филиал № 3 и Химинститут (из 1 МГУ) - филиал № 4. Первые три - химико-технологического, последний - исследовательского характера. С 10.05.31. филиал № 3 получил официально название Институт тонкой химической технологии.
Но Единый Московский химико-технологический институт (ЕМХТИ), объединявший в то время химические факультеты и институты Москвы - представлял крайне громоздкое учебное заведение с чрезмерной централизацией учебного процесса, сильно тормозил развитие факультета. В стремлении создать “ВУЗ-гигант”, руководство сектора кадров ВСНХ и ЕМХТИ принял решение о ликвидации факультета, входившего в качестве филиала в ЕМХТИ и о передачи контингента студентов, кафедр, лабораторий в другие институты. Это ненужная, вредившая делу затея встретила единодушный протест всего профессорско-преподавательского коллектива.
Вопрос о сохранении ВУЗа был поставлен перед товарищем С. Орджоникидзе. С.С. Наметкин возглавил делегацию сотрудников института, обратившуюся за помощью к народному комиссару тяжелой промышленности Г.К. Орджоникидзе. Некоторые выражали сомнение, сможет ли товарищ С. Орджоникидзе, занятый серьезными и более важными вопросами непосредственно промышленности, уделить внимание и время нам.
В Наркомате происходило заседание коллегии под председательством С. Орджоникидзе. С. Орджоникидзе выходит из зала заседаний направляется в свой служебный кабинет он сам подошел и обратился с вопросом: “Что это у вас товарищи профессора огорченный вид? - Что случилось, не ко мне ли вы?...”
А. М. Беркенгейм в нескольких словах изложил волнующий вопрос. Выслушав, С. Орджоникидзе ответил коротко, но убедительно: “Нет, нельзя ликвидировать. Оставить самостоятельным институтом!” - Он просил передать это решение аппарату.
Встреча с С. Орджоникидзе, быстрое решение им наболевшего вопроса вызвало в коллективе института всеобщую радость и огромный подъем. Коллективы кафедр и студенты, обсуждая планы своей дальнейшей работы, обещали работать лучше, оправдать доверие любимого Наркома.
Но следует отметить, что далеко не легко осуществилось это указание, преодолеть противодействие в осуществлении этого распоряжения со стороны некоторых работников аппарата и руководителей ЕМХТИ.
Период Московского Института тонкой химической технологии
Немало усилий, труда и инициативы пришлось приложить в работе по восстановлению института...
Борьба за ВУЗ еще более сплотила коллектив и не прошла зря. Можно часто видеть как поздними вечерами и в воскресные дни коллектив трудился в лабораториях и кабинетах. В лаборатории органической химии С. С. Наметкин с лаборантами и препаратами, Я. К. Сыркин со своими сотрудниками напряженно и с любовью готовились к предстоящему практикуму.
Институт рос и развивался. Значительным толчком в его росте явилось новое указание С. Орджоникидзе спустя несколько лет. В 1936 г. проходила защита дипломных проектов по специальности “Редкие элементы”. На защите был заслушан проект студентки Белостоцкой о новом способе извлечения ценных элементов из шлаков медного производства. Работа была выполнена под руководством профессора И. Я. Башилова и сулила промышленности большой экономический эффект. О результатах этой работы было доложено Наркому. Он нашел время, вызвал нас к себе, интересовался подробностями, деталями этой работы, возможностью быстрейшего ее внедрения в промышленность. Нарком интересовался также работой института, кафедр, лабораторий. Узнав о том, что институт остро нуждается в новых помещениях - аудиториях и лабораториях, он распорядился отпустить средства для строительства учебного корпуса. Он также не оставил без внимания и другие нужды института, кафедру редких элементов и автора дипломного проекта.
Ярким свидетельством развития ВУЗа явились новый прием студентов и выпуск молодых специалистов. В очередном наборе на каждое вакантное место было подано 4-5 заявлений абитуриентов, намного превышающий конкурс в другие химические ВУЗы. При распределении молодых специалистов, оканчивающих институт, предъявлялся большой спрос на питомцев института, которые успешно работали на многих заводах, в исследовательских институтах и на кафедрах ВУЗов.
Московский институт тонкой химической технологии им. М.В. Ломоносова
В 1940 г. институту одновременно с МГУ за успехи в подготовке кадров и выполнении научных работ было присвоено имя Михаила Васильевича Ломоносова.
На кафедрах института интенсивно развивается научная работа в содружестве с промышленными предприятиями, главным образом по оборонной тематике и внедрению выполненных работ. Некоторые из них были завершены уже во время Великой Отечественной Войны. Многие их них получили высокую правительственную оценку. Вот некоторые из них.
Под руководством профессора В.А.Догадкина с сотрудниками разработана и реализована полимеризация эмульсии латекса из бутадиенового синтетического каучука для производства изделий медицинского назначения. В результате этой работы была снята необходимость использования для этих целей импортного натурального каучука. Профессор Б.А.Догадкин был удостоен Государственной премии (1941 г.).
Доцент К.А.Большаков вместе с сотрудниками Гиредмета разработал и внедрил в промышленное производство технологию извлечения ванадия из металлургических шлаков. Ванадий необходим как легирующая добавка при выплавке орудийных, броневых и других сталей специального назначения. К.А.Большаков также был удостоен Государственное премии (1941 г.).
Профессор Н.И.Краснопевцев, заведующий кафедрой теплотехники, разработал и довел до производства конструкции ряда теплотехнических установок, в том числе и конструкцию передвижной печи для выпечки хлеба, которая широко использовалась в Советской Армии на фронтах Отечественной Войны. Профессор Н.И.Краснопевцев получил Государственную премию.
Под руководством профессора Ф.Ф.Кошелева, заведующего кафедрой технологии резины, в 1943 г. была завершена разработка клея “резинаметалл”, который использовался для обрезинивания катков танков. Профессор Ф.Ф.Кошелев был награжден орденом Трудового Красного Знамени.
На кафедре технологии тонкого органического синтеза под руководством академика В.М.Родионова и профессора А.М.Беркенгейма были разработаны и проверены в заводском масштабе методы синтеза целого ряда медицинских препаратов: анастезина, новокаина, валидола, антипирина, кофеина, тиокола и др.
В предвоенном 1940 г. в институте уже обучалось 1100 студентов, увеличилось число студентов на специальностях, имевших в то время важнейшее значение для развивающихся отраслей промышленности оборонного значения: промышленности синтетического каучука (СК), редких элементов и сверхтвердых сплавов (технология тонких неорганических продуктов), технологии резины и др. В институт пришли новые выдающиеся профессора - академик С.С. Медведев (СК), академик Г.Г. Уразов (ТТНП) и другие. Не обошлось и без потерь - в 1938 г. по ложному обвинению был арестован организатор кафедры ТТНП выдающийся инженер и ученый профессор И.Я. Башилов, автор первого в мире учебника "Введение в технологию редких элементов", разрабатывает не имевшую в мире аналогов по эффективности технологию извлечения урана и радия из ферганских руд. В 1943 году после 5-ти лет лагерей он был направлен на работу на Красноярский завод цветных металлов заведующим научной частью ЦЗЛ. За выдающиеся достижения в разработке уникальной технологии извлечения редких платиновых металлов из концентратов НГМК и самой эффективной в мире технологии аффинажа платины И.Я. Башилов в 1945 году был награжден орденом Знак Почета, а в 1948 году - Сталинской премией 1-ой степени. Однако "чистый" паспорт он получил только в мае 1953 года за три месяца до смерти, последовавшей в августе 1953 года.
Несмотря на увеличение приема студентов, в 1938 г. институт все же оставался небольшим, и это безусловно накладывало отпечаток на взаимоотношения преподавателей и студентов. Большинство преподавателей начинало свою работу во II МГУ, а некоторые еще и на ВЖК - профессор М.И. Прозин, профессор О.Н. Цубербиллер, доценты О.Н. Морозова, А.С. Селиванова, В.Н. Архангельская, А.И. Виноградова и другие. Вообще коллектив преподавателей в МИТХТ был удивительным по своей интеллигентности, преданности науке и передаче знаний студентам, доброжелательности. Среди них были блестящие лекторы, можно назвать, например, профессоров Ольгу Николаевну Цубербиллер, Александра Николаевича Несмеянов (в дальнейшем академик, президент АН СССР), Анатолия Болеславовича Млодзеевского, Николая Ивановича Краснопевцева и др. Студенты, подавляющее большинство которых пришло в институт действительно по призванию, пришло за знаниями, относились к ним с величайшим уважением, многие преподаватели были любимцами студентов. Общение между преподавателями и студентами было бескомпромиссным, но в то же время дружественным, а порой и непринужденным. Можно было сказать, что и преподаватели и студенты была членами единого коллектива, выполнявшего дело государственной важности.
В эти годы военно-патриотическое воспитание, овладение студентами военными специальностями было важнейшим. Военной кафедры, в современном понимании, в институте не было. Была кафедра военной и физической подготовки, которую возглавлял комбриг запаса М.И.Фомичев, кроме него на кафедре было 4 преподавателя, один из них занимался военной подготовкой юношей по программе одиночного бойца и командира отделения, трое других - физкультурой.
В 1940 г. была введена, хотя и небольшая, плата за обучение, поэтому многим студентам пришлось совмещать учебу с работой на 1/2 ставки на соседних предприятиях.